Северяне №4, 2018 Sev_04_2018_sait - Page 115

ЭТО БЫЛО В СЕРДЦЕ МОЁМ | ДВИЖЕНИЕ ЧУВСТВ АРМЕЙСКИЕ ИСТОРИИ Сергей КАЗАНЦЕВ г. Новый Уренгой Здравствуй, юность в солдатских сапогах На третьей странице моего обтянутого серым шинельным сукном дембельского альбома тридцать пять лет назад штабной писарь за банку сгущёнки начертал замечательные по своей простоте и ду- шевности строки: Годы службы прошли, и расстались друзья, Растворились в семье трудовой, Но откроешь альбом – снова память жива, И друзья твои рядом с тобой! Раньше я извлекал из тумбочки этот альбом два раза в год – в День ракетных войск и артиллерии и День Советской армии и Военно-морского флота. Но после того как День ракетных войск с 19 ноября пере- несли на другое число, запомнить которое я так и не смог, достаю его только однажды. Вглядываюсь в лица друзей, знакомых и совсем уже забытых парней, одетых в полевую и парадную форму с золотистыми пушками в петлицах, и память вновь возвращает меня туда, где вместе с этими ребятами провёл я два не- забываемых года, имя которым – служба. Приеду, научу рожать! Фарид Шарипов приехал на Тюменский Север из Башкирии подзаработать деньжат. Здесь его и настигла повестка, которая предписывала явиться в военкомат с вещами. Мы познакомились в грязной казарме област- ного призывного пункта, где, мучаясь от безделья и неизвестности, собранные в команду под № 80/101, неделю ждали «покупателей». Наконец душной май- ской ночью сто первую команду подняли, построили, пересчитали и своим ходом погнали на вокзал. В Свердловске, когда до отправления поезда оставалась пара минут, возле открытого окна нашего купе вдруг нарисовалась небритая лич- ность, которая, распахнув полы брезентового плаща, показала будущим воинам две восьми- сотграммовые бутылки «бормотухи». Сторго- вались за последнюю десятку, и поезд, лязгнув буферами, тронулся. Сургутянин Вася Терентьев, сверкнув стальными фиксами, одним махом со- рвал с «огнетушителя» пластмассовую пробку и плеснул зелье в кружку. Вино на поверку оказа- лось дрянным спитым чаем… Пацаны визжали и матерились, а Фарид лежал на второй полке и улыбался. Причина улыбаться у него имелась, потому что, ещё не доехав до части, Фарид знал: служить ему осталось месяцев шесть от силы. Его Сания в ноябре родит второго (Фарид надеялся, что это будет обязательно сын), и он по закону поедет домой. А потом опять на Север, где обещали взять на старое место, как только закончится это недоразуме- ние с армией. Все мы жутко завидовали Шарипову, но вида, как истинные сибиряки, не показывали. В учебке, где высшим начальником был громад- ный подполковник по фамилии Суворов, нас стали учить наматывать портянки и запускать ракеты, а Фарида определили в сантехники. Острые на язык тюменские парни тут же стали звать его «король дерьма и пара». Сильный от природы и от природы же очень добрый Фарид, вечно ходивший в дурно пахнущей гимнастёрке, не обижался. Наоборот, он наверняка чувствовал себя виноватым перед теми, с кем в год московской Олимпиады ехал в одном вагоне от Тюмени до маленького городка на Псковщине. Ведь скоро их разгонят по «точкам», а он поедет в родную Башкирию к своей Сание, дочке и только что родившемуся сыну. В начале ноября мы сдали экзамены и убыли к новому месту службы. Фарид остался – до дома ему оставались считаные дни. Через год я приехал из леса в родную учебку, чтобы забрать молодых. Учебка – не боевая часть, здесь жили исключительно по уставу, поэтому утром пришлось вставать по подъёму. До завтрака было часа полтора, я стоял в курилке и смотрел, как кур- санты под нудным холодным ноябрьским дождиком, хлопая сапогами по лужам, бегают по плацу. Вдруг из-за угла казармы выплыла фигура в тёмном бушлате и, отчаянно косолапя, направилась ко мне, под спасающий от дождя козырёк курилки. Сердце у меня ёкнуло. Так ходить мог только Фарид Шарипов, потомок отчаянных башкирских наездников, которые бунтовали вместе с Емельяном Пугачёвым, а позже, замирившись с царями, в конном строю брали Париж. Через три затяжки бушлат приблизился настоль- ко, что стало видно лицо, и я, пугая курсантов, заорал на всю прилегающую территорию: «Фарид!» СЕВЕРЯНЕ № 4, 2018 113