Мир путешествий № 31 - Page 39

ЭКСПЕДИЦИЯ март-апрель, 2014 Если по ночам в ваши сны заходят парусники, значит – это кому- нибудь нужно. Но если видишь их постоянно – это уже знак. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, я нашла в сети адрес капитана фрегата «Штандарт» Владимира Мартуся, написала ему о своих грезах и уже через две недели стала волонтером проекта. Стать матросом деревянного красавца образца начала XVIII века, пережить шторм, карабкаться на мачты высотой тридцать метров, готовить борщ на качающемся камбузе, стоять за штурвалом и драить гальюн… Началась проверка мечты на прочность. Мы говорим не «штормы», а «шторма»! Слова выходят коротки и смачны. «Ветра» – не «ветры» – сводят нас с ума, Из палуб выкорчевывая мачты! Владимир Высоцкий «Воробей! Слезь с планширя! Ноги вырву!» Старпом – Матрос Воробей, как, по-вашему, заложен этот шкот? Если бы я была Капитаном Джеком Воробьем, обязательно бы сказала что-нибудь дерзкое. Но шкот (снасть для управления парусами) был зало- жен действительно мерзко. А до капи- тана мне – три дня на исправительных галерах и все по лесистой суше. Оста- вался один вариант – удрать. Вывернуться из-под покрытого шра- мами плеча старпома не получилось. Сурового вида накачанный мужик ух- ватил меня за воротник новенькой си- ней формы, а свободной рукой скинул на доски палубы только что сбухтован- ную веревку. Помедлив секунду, туда же отправил и быки, и гитовы, и ноки. Видимо, для профилактики. Ничего, месть моя будет страшна и приведе- на в исполнение в свободное от вахты время. Старпом ведь так до сих пор и не выяснил, кто привязал ему хвостик с кисточкой к ремню брюк. Тоже мне, Свирепый Бамбр! Воробьем на борту меня прозвали не случайно. Птица маленькая, но на- хальная и прожорливая. Поведение мое, каюсь, соответствовало. Что еще оставалось? Первый раз, когда я уви- дела корабль, он настолько напоминал мои сны, мечты и книжки с картинка- ми, что я была раздавлена его вели- колепием и наглухо прибита к палу- бе. Мачты протыкали аквамариновое небо, паутина такелажа едва заметно гудела на ветру, пузатые деревянные борта дышали, волнуя под собой зеле- новатую портовую воду. А тут я – не спортсменка, не комсо- молка и относительно не красавица. Я даже курсов, как все волонтеры, не посещала. Какие там курсы! Предста- вить не могла, что вообще на корабле делать. Все мои мечты ограничивались залихватским висением на вантах и размахиванием абордажной саблей. Сабли не было. Пришлось бороться с собственными страхами «не смочь – не суметь – не соответствовать» по ста- ринке. Народная мудрость гласит, что лучшая защита – это нападение. И пер- вым в этой борьбе пострадал офицер- ский состав. – Воробей, ты спишь что ли? Я второпях засунула под матрас листовку с революционной агитаци- ей, которую тщательно переписывала каллиграфическим почерком. Полча- са назад мы с диверсионной группой сочинили ее против старпома. Теперь оставалось вывесить на доску объяв- лений и замести следы подпольной типографии. – Воробей, а ну марш на палубу! – басит старпом. – Отшвартовываемся! Кранец тебя ждет! Дисциплину я соблюдала исправно. Гальюн драила до блеска. Картошку чистила молча. Палубу терла с рвени- ем. Во время утренней приборки при- цельно поливала неосторожного стар- пома. За что неоднократно была поли- та сама. Еще я неплохо несла ночные стояночные вахты. В эти одинокие часы сонного бде- ния жизненно не хватало берданки. Поэтому в темноте я несла караул со шваброй наперевес. Запоздалые тури- сты уважали и с вопросами не лезли. Воскрешение детища Петра Великого Фрегат «Штандарт» – реплика де- ревянного парусника 1703 года. По- строенный по приказу Петра I, первый корабль балтийского флота по недосмо- тру сгнил на верфи после смерти царя. Однако он так и остался в памяти симво- лом мощи России и воплощенной меч- той русских людей о море. В 1999 году в Санкт-Петербурге на воду была спу- щена копия знаменитого фрегата, вруч- ную собранная по чертежам Петра энту- 37