Бортовой журнал №19 All_RW#19_web - Page 17

15 # 19 цевать… Но вряд ли когда-нибудь смогу. Потому что это невозможно, потому что люди так не мо- гут, это было невероятно! Но Эйфман после спекта- кля сказал: «Ты просто попробуй, останься хотя бы на 2–3 месяца, может быть, тебе понравится! А если нет, я не буду тебя держать». И вот я согласилась. – Как же получилось освоить тот уровень ма- стерства, который вы увидели? – Ловкость рук и никакого мошенничества! Ког- да вникаешь во все нюансы, когда понимаешь принцип работы, то становится намного легче. К тому же, чего не отнять у нашей труппы, мы очень много занимаемся – р ​ епетиции каждый день, кроме воскресенья. Плюс, если Эйфман ставит но- вый балет или идет подготовка к важным гастро- лям, то мы переходим на ненормированный график. – Занятия балетом и рост 179 см. Здесь есть проблема? – Я столкнулась с этим в Европе, в Австрии, ког- да там училась. Дело в том, что в 18 лет я поняла: партнера у меня нет. И в европейских театрах мне говорили: да-да, девочка хорошая, все с ней в по- рядке, но она должна приходить с партнером, пото- му что мы ей никого предложить не можем. И это было время, когда я хотела уйти. Я думала, ну а за- чем все это надо? Ты учился, ты старался, тебя го- товили, вроде бы обещали профессию, а получить ее невозможно. Потому что у тебя один маленький недостаток – ​твой огромный рост! И это было ужас- но: я начинала сутулиться, вжимать шею, занижать себя всеми доступными способами, а все равно ни- чего не выходило. Меньше я, как вы понимаете, не становилась. И когда у Эйфмана я впервые при- шла за кулисы после спектакля, удивилась: да я же как все! Все балерины были такими! И я начисто избавилась от этого комплекса. – Как вы туда попали? – Он приглашал меня: сначала, когда мне было 16 лет, а второй раз – к ​ огда исполнилось 18; уви- дел на конкурсе в Америке. И вот я поехала в Пе- тербург смотреть его балет «Красная Жизель». Это одно из самых первых моих воспоминаний в Петербурге: я сижу в кресле и с какой-то рас- терянностью понимаю, что очень хочу так тан- «Красная Жизель»  – ​­балет на музыку П.И. Чайковско- го, А. Шнитке, Ж. Бизе. – А были другие комплексы, с которыми помог балет? – Понимаете, работа балерины, это когда ты дока- зываешь что-то только на сцене. Когда ты с нее спу- скаешься, то остаешься сама с собой – с ​ о всеми сво- ими проблемами и комплексами. Когда я приехала в Петербург, я поняла, что здесь большинство арти- стов балета – у ​ ченики Вагановского училища, а это великая школа. И они смотрят на остальных немно- го свысока: «Откуда-откуда ты? Где, говоришь, ты училась? А-а-а, нигде не училась! В какой-то школе где-то в Австрии… Там что, могут научить балету?». Вот через это я прошла, и приходилось доказывать, что я могу исполнять ведущие партии, когда учени- ки Вагановского училища танцуют рядом. – Однажды в интервью вы сказали: «Стоит мне оступиться, через меня перешагнут и пойдут дальше». Неужели эта борьба за лучшие партии действительно такая ожесточенная? – Все нормально, это круговорот балерин в приро- де. Смотрите, мы знаем несколько громких имен: что с ними происходит, как с ними поступают,